Буудайык — царь птиц
В давние-давние времена, когда на земле обитало много-премного всякой дичи, а люди берегли животный мир как зеницу ока, на земле киргизской жил и процветал хан по имени Абалкан.
В этом ханстве Абалкана жил соколятник Тёлёк, известный в народе еще и как птицелов, понимающий язык птиц...
«Буудайык — царь птиц», К.Мамбетакунов
Однажды Тёлёку приснился сон и утром он рассказал его своей старой матери: — Во сне я, матушка, блуждал по густому лесу. Откуда ни возьмись, появились девицы и разделились на две группы: одна половина мигом спряла несколько мотков конопляной пряжи, а другая сплела зеленые тенёта и подарила мне.
Тёлёк не внял мольбам матери: взял свои зеленые шелковые тенёта с сизой голубкой — приманкой, запасся впрок едой и отправился на поляну, зеленеющую между Эркин-Тоо и Тегиз-Тоо. В то время, когда птицелов расставлял свои тенёта на поляне, Буудайык, сопровождаемый своей свитой, прогуливался в просторах
Канюк, низко облетев извилистую речку по течению и обратно, с пустым зобом взмыл вверх. Пролетая между Эркин-Тоо и Тегиз-Тоо, он увидел приманку птицелова и камнем бросился вниз. Птицелов был настолько опытен, что никогда не упускал свою добычу: высвободив первый улов, он обезглавил его и выбросил
Буудайык, царь всех птиц природы, не отличив правду от лжи, полетел в сторону Эркин-Тоо и Тегиз-Тоо. Как ни вглядывался он в каждую впадину, пологий холм, большую и маленькую поляну не обнаружил ни сорок стрекочущих, ни стаю голубей. Вот она, вдруг показалась та самая поляна, о которой только что говорил
Хан Абалкан, собрав лучших дрессировщиков птиц округи, днями и ночами был занят приручением Буудайыка. Но величавая птица не садилась на его руку, а если и садилась, то не находила своего насеста. Бывало, вскочит птица на насест, зато на зов хозяина вовсе не реагировала. Лопнуло терпение хана —
Но прежде чем отправиться к повелителю, он созвал сородичей для того, чтобы проститься с ними: — Я знаю, сородичи, не миновать мне беды. Хан прикажет обезглавить меня и моей печенью накормит Буудайыка. Но вы, сородичи, перед тем, как предать земле мое тело, должны надеть на мою грудь кованные
Вдруг под самым носом выбежал белый олень с рогами-боронами и пущенной стрелой пустился вверх по пологому холму. Загорелись глаза жадного охотника, да так, что сам не заметил, как натравил на него Буудайыка. Но тут случилось неожиданное: птица не бросилась за жертвой, а разорвав серебряное путлище,
Джигиты объехали и обошли непроходимые тропы, леса, долины, горы и ущелья. Ни одной расселины на скалах, ни одной пещеры в горах, ни одного кустарника не осталось в окрестности куда бы они не заглядывали. Всадники, вконец загнав коней, изнурив себя до полусмерти, вернулись в ханскую орду с пустыми руками.
Повстречались ему белошеяя овсянка — неспокойная, дятел — отрада пастухов, белоголовый бекас — непоседливый пищун, серая ворона — каркуша и черный ворон — печник. — Эй вы, птицы-труженицы обратился джигит к птицам. — Позавчерашним вечером, неподалеку от Машайыка,
— Сорока-белобока,— обратился к ней джигит,— смотрю на тебя сзади — будто ты с косичкой, на ножки посмотрю — обуты они в сыромятные сапожки. Ведомо ли тебе, неспокойная птица, что позавчерашним вечером, неподалеку от Машайыка, улетел от хана Абалкана его прирученный Буудайык?
Как только птицы сели на террасу скалы, джигит заметил грозного беркута, восседавшего на острие отвесного камня, возвышаясь над своими только что севшими собратьями. — Эй вы, храбрые и ловкие птицы! — крикнул джигит издали. — Позавчерашним вечером, неподалеку от Машайыка, улетел от
Джигит решил подыскать укромное место для ночлега. Видит, выемка образовалась под скалой. Решил, что лучшего места для ночлега не сыскать. Только было он спешился и зашел в выемку, а на потолке висит летучая мышь. — Ты видишь меня, мышка летучая? — спросил джигит. — Если не видишь,
Как только закончился похоронный обряд, поведение Буудайыка резко изменилось. Теперь молодой хан решил испытать на охоте... Буудайык, как и прежде, не упускал ни вислохвостого волка, ни полосатого тигра, ни хитроумную лису, даже ночью брал свою добычу. Птица не упускала ни козла — обитателя отвесных
